Нестыдися летчик носа своего, с красным знаменем он цвета одного.
Эпиграф.
1998 г.
В Шереметьево 2 встречает Новый русский Друга детства убирающего сортиры.
- Семен! Дружище, как я рад. Бросай ты эти сортиры и приходи ко мне, работу дам непыльную, бабла насыплю!
_ Да ты охуел?!? Я и БЕЗ АвИаЦиИ?!?!?!
1974г.-1988г.
Я вырос в семье Пилота. Детские воспоминания отца , неизменно рисуют большого и шумного человека в форме, утыканного значками, золотыми пуговицами, аксельбантами, газырями и обшлагами. Фуражка командира экипажа могла дать фору самой помпезной фуражке латиноамериканского диктатора. Отец в полном своём прикиде был похож на новогоднюю ёлку. Я часто ездил с ним на работу и с детства окунулся в мир авиации.
Лётчики… Это была особая каста. Узнать их можно было в любой толпе. Синяя форма, неизменный черный дипломат, и обязательные зеркальные солнцезащитные очки даже зимой. Когда они проходили по заполненному пассажирами салону самолету их неизменно встречали аплодисментами, которые повторялись и в момент посадки самолета с криками - « СЛАВА РУССКИМ ПИЛОТАМ».
Иметь знакомого пилота считалось большой удачей. От них всегда ждали чуда. Они могла достать все! Они собственно были единственными узаконенными фарцовщиками в стране. До сих пор помню основные трассы добывания дефицитного товара. Из Новороссийска пепси-кола, из Москвы бородинский хлеб и колбаса, из Киева киевский торты ( помню летел из Киева, это был просто пиздец, пол самолета было утыкано коробками от этих тортов.), из Тбилиси вино, из Еревана коньяк, из Баку фрукты, из Питера книги, Из Калмыкии и Дагестана черная икра и рыба, из-за границы шматьё, из Бугульмы почему-то ни везли нихуя..
Я же видел и знал этот мир из нутрии и по байкам отца.
Дальше